.RU

Один из самых популярных романов знаменитого шотландца трагикомическая семейная сага, полная гротеска и теплой иронии, начинающаяся взрывом и оканчивающаяся в - страница 23






^ Глава 16 Ч.1

Мы стояли возле купола обсерватории на парапете Гайнем-касла, лицом к холодному западному бризу. Льюис, одетый в вельветовые брюки и засаленную коричневую куртку от фабричной спецовки, смотрел в бинокль, его черные кудри слегка шевелились под ветерком. Рядом с ним стояла Верити, запрокинув голову и глядя в холодное зимнее небо. Она казалась пухлой в спортивном зимнем комбезе, руки в лыжных перчатках были крепко сцеплены под выпуклым животиком. Внизу, за лесом, равнина, вмещавшая в себя Галланах и охватывавшая бухту, тонула в щедрых на тени ранних сумерках. В вышине ползали перистые облачка, обещая чистую погоду. Вдалеке по виадуку Бридженд катил скоростной поезд, стекла поблескивали закатным солнцем. Я глубоко вздохнул и унюхал море.

Невскрытый авиапочтовый конверт из Колорадо лежал на моей груди, между рубашкой и курткой. Похрустывал при легком сгибании, это забавно отдавалось в животе.
– Не видать? – спросила Верити. Льюис отрицательно качнул головой:
– Не-а.
Верити задрожала, зябко подняла и опустила плечи:
– Бр-р…
И обеими руками взяла Льюиса под локоть.
– Э! – запротестовал он, невольно оборачиваясь, но бинокля от глаз не оторвал.
Верити с восхитительной гримаской возмущения перешла от мужа ко мне. Ее рука змейкой обвила мою талию. Я обнял Верити за плечи. Она склонила голову мне на руку; я посмотрел на нее сверху вниз. У нее чуть отросли волосы. Виски она больше не брила. От нее пахло детским маслом. Льюис растрепал, что смазывает им живот супруги, чтобы не было растяжек. Я незаметно улыбнулся и проследил за ее взглядом.
– Дунадд. – Верити смотрела на скалистый холмик, что находился в километре к северу.– Там след.
– Точно,– подтвердил я.
Льюис покосился на нас, ухмыльнулся, чуть опустил бинокль:
– Да, он там, только отсюда не видно. Дунадд был столицей Далриады, одного из первых королевств Шотландии. След ноги, больше похожий на след подошвы ботинка, всего лишь небольшое углубление – якобы оставлен там «кандидатом» в короли, клявшимся, что провалится на этом месте, если не выполнит своих «предвыборных» обещаний.
– А можно и мне глянуть? – спросила Верити. Льюис отдал бинокль, и она, защищая левой рукой живот, прислонилась к каменному зубцу.
Мой брат встал позади нее, опустил подбородок ей на плечо.
– На самой верхушке? – спросила Верити.
– Угу,– ответил Льюис.
С минуту она смотрела на Дунадд.
– А что, если отпечатать там след ноги в момент рождения нашего ребенка?..
Я рассмеялся. Льюис округлил глаза, отшатнулся от жены и снова качнулся к ней. Она повернулась, коварно ухмыльнулась Льюису, затем мне, похлопала Льюиса по локтю.
– Шутка. Предпочитаю уютную и теплую родильную палату в комфортабельной современной больнице.– И снова повернулась лицом к холму.
Льюис посмотрел на меня.
– Я тоже клюнул,– пожал я плечами.– Это ж фамильное.
– А ты видишь там каменный круг? – спросила меня Верити, приподнимая бинокль и глядя дальше на север.
Ранее в тот день мы с Хелен, Верити и Льюисом решили заняться туризмом. Окрестности Галланаха нашпигованы памятниками старины: могильниками, каменными истуканами, хенджами и валунами с непонятной резьбой. Шагу не ступить, чтобы не наткнуться на какую-нибудь фиговину, имевшую когда-то для кого-то религиозное значение. Верити об этих древних каменюках была наслышана, но «вживую» их не видела – и без того находила чем заняться, бывая прежде в Галланахе. Только на Дунадд поднималась, потому что туда легко добраться пешком из замка. Ну, а мы, большую часть жизни прожившие здесь, не узрели больше половины достопримечательностей по другой причине: все откладывали это дело «на потом».
Так что мы одолжили у Фергюса «рейнджровер» и поехали глазеть. По топким лугам брели от кургана к кургану, любовались на замшелые истуканы, заходили в круги из глыб и в полые каменные пирамиды, облокачивались на ограды из плиток песчаника, чтобы полюбоваться на широкие плоские лики скал – шероховатые эти поверхности были покрыты загадочными окольцованными ямками, словно волны от брошенного в воду камня сами окаменели.
* * *
– Я тебе еще не рассказывал, как научился на расстоянии сводить телик с ума?
День выдался ясный, теплый. Этим летом Рори отправился с нами на Гебриды. Мы с ним гуляли невдалеке от Галланаха, переходили с одного луга на другой, от одного меченого камня к другому. Помню, кололо в боку, и я боялся, уж не аппендицит ли (в том году мой одноклассник едва не умер от воспаления аппендикса). Но беспокоился я зря. Просто дядя Рори был ходок что надо, а я старался не отставать. Мой аппендикс подождал до следующего года, и его благополучно удалили.
Итак, мы обходили древние монументы, и разговор зашел о тех, кто все это оставил после себя, и о том, для чего это предназначалось. И таким путем мы добрались до астрологии, а потом дядя вдруг затронул телевизионную тему.
– Ну, так вот,– повернулся Рори и посмотрел вниз. Мы стояли на краю обрыва; мимо проехала парочка автомобилей. Было жарко, и я снял куртку.– Ну, так вот,– повторил Рори,– мне тогда было… на несколько лет больше, чем тебе сейчас. Гостил у друга, там собралась целая компания, и мы смотрели «Топ оф зе Попс», кажется, или что-то вроде. Ну, и я напевал без слов под музыку. Взял низкую ноту, и по экрану пошла рябь. Никто ничего не сказал, и я решил, что это просто совпадение, но на всякий случай попробовал снова: нашел подходящую ноту, и точно – рябь на экране. А все кругом молчат,– Рори рассмеялся, вспоминая. На нем были джинсы и футболка, а через руку переброшена легкая куртка.– Не хотелось выставлять себя на посмешище, поэтому я тоже ничего не сказал, думал, может, это только на один телевизор действует. Однако и дома попробовал, и получилось. Тот же самый эффект – когда я отходил подальше. Если даже стоял в прихожей и смотрел в гостиную – рябило, да еще пуще прежнего.
А потом мы с мамой поехали в Глазго и там проходили по улице мимо витрины, сплошь заставленной теликами, ну, я и давай петь про себя, и все экраны словно спятили! А я и подумал: класс! Я ж теперь настоящий волшебник! И сила моя все крепнет! Могу на телевидение прийти и задать жару! Может, во всей стране телевизоры свихнутся!
– Ух ты! – Мне срочно захотелось домой – самому попробовать.
– Так вот,– продолжал Рори,– останавливаюсь я и маме говорю: «Мам, смотри, смотри на телики». И давай петь про себя во всю силу, и с экранов все исчезло. А мама только посмотрела на меня и спросила: «Что такое?» А я – опять, но как я ни пыжился, она ничего не видела. В конце концов ей надоело, и она велела не валять дурака.
Рори поморщился, глядя вдаль, на каменистый холмик, который торчал посреди плоской нивы.
– И как ни пытался я понять, откуда взялась у меня эта способность, так и не понял. Иной раз увидишь в кино, как симпатичная ассистентка сморозит глупость, а ученый ей: «Стоп! Ну-ка, ну-ка, повтори! Эврика!» То есть получает толчок извне, и вскоре у него появляется гениальный план спасения нашего мира. А у меня не было никакого толчка. Просто вдруг раз – и пришло.
– Что пришло?
Рори посмотрел на меня сверху вниз, ухмыльнулся:
– Вибрации.
– Вибрации?
– Да. Я вызывал вибрации у себя в черепе, точнее в глазных яблоках, с той же частотой, что и у телеэкрана. Так что экран вытворял удивительные вещи, но только для меня. Вот в чем вся штука. Конечно, нельзя уходить слишком далеко, иначе его не будет видно.
Он снова посмотрел на меня:
– Понятно?
– Ага,– ответил я.—Кажется.—Я некоторое время рассматривал дорогу, потом разочарованно поднял глаза: – Так, значит, на самом деле этого не было?
Рори покачал головой:
– На самом деле – нет.
Я нахмурился, пытаясь вспомнить, как мы пришли к этой теме.
– А какое отношение это имеет к тому, о чем мы говорили? – спросил я.
– Гм…– Рори подмигнул мне и кивнул на ворота в низкой стене у дороги, перед продолговатыми глыбами, поставленными на попа.– Мы на месте.
* * *
Дверь на лестницу со скрипом отворилась, я шагнул вперед, чтобы помочь Хелен. Она мне вручила поднос с четырьмя оловянными кружками. Шел пар, и пахло чудесно.
– М-м… класс! – сказал я.
Хелен взяла меня за руку и шагнула через порог узкой и низкой двери, что вела к парапетам. Широкое лицо было загорелым, тело выглядело похудевшим, окрепшим – Хелен уже открыла в Швейцарии лыжный сезон. Она носила ботинки фирмы «Мейндл», кожаные брюки, принадлежавшие еще ее матери, кашемировый свитер и военную летную куртку – видавшую виды, может быть, даже в Северной Корее, а то и в фашистской Германии. Черные, как смоль, волосы доставали до плеч.
Она взяла кружку:
– Угощайся. Что-нибудь слышно о нем?
– Не-а.– Я передал поднос Льюису и Верити, и они, издав одобрительные фонемы, взяли по кружке.
Хелен кивнула на уголок почтового конверта, торчавший из-под моей куртки.
– Все с наследством разбираешься? Я ухмыльнулся:
– Ага.
Мы стояли, потягивали горячее вино с пряностями, смотрели на север.
* * *
– Прентис? Это Эш. У него готово.
– У кого? У доктора Гонзо?
– Ага. Уже печатает. Бумаги тебе пришлет, а мне – е-мэйл. Я скину на флоп, совместимый с твоим «Компаком», и подвезу. Конечно, если ты еще модемом не разжился. Разжился?
– Нет, не разжился.
– Ладно, привезу. Устраивает такой вариант?
– Да, все отлично. Он… э-э… не сказал, что там за файлы оказались?
– Текстовые.
– И больше ничего не сказал?
– Угу. Прентис, он же не читал. Так, первые строки– убедиться, что это нормальный английский, а не абракадабра. Для него главное – задачку решить, а что там написано – неинтересно. Короче, там текст.
– Понял. Текст.
– Через несколько дней получишь. Авиапочтой.
* * *
Большой конверт из Соединенных Штатов прибыл этим утром, через пять дней после звонка Эш. На нем стоял обратный адрес: «Д-р Г., Денверский университет, шт. Ко, ф-т вычислительной техники». Я долго пялился на штуковину, лежащую под дверью на коврике. Во рту почему-то пересохло. Впрочем, у меня было легкое похмелье. Осторожно подбирая на удивление тонкий конверт, я подумал, что вскрою его после завтрака. А после завтрака решил: не будем спешить. Тем более что позвонила Верити и пригласила в замок. Был последний день 1990-го – ровно двенадцать месяцев после той проклятой вечеринки, когда миссис Макспадден отправила меня в погреб за виски. И вот мы все снова здесь, готовы праздновать, и я, пожалуй, этого жду с нетерпением, хоть и пытаюсь найти причины, которые бы сделали обходимым необходимый разговор с Фергюсом о мистере Руперте Пакстоне-Марре. А что, если спрашивать и не придется? Что, если ответ кроется в этом конверте? Мысли мои то и дело возвращались к версии, которая вполне имела право на существование. Что, если я делаю из мухи слона, усердно ищу скрытые связи, мотивы и замыслы там, где их нет; что, если я безосновательно дал волю воображению? Этак мне скоро везде будут мерещиться заговоры.
На протяжении всего семестра я добросовестно учился, и дела мои вроде пошли на лад. Профессор перестал раздраженно фыркать, читая мои рефераты; от него все чаще слышалось удовлетворенное кряканье и ободряющее хмыканье.
Между тем новейшая история нашего мира вполне однозначно катилась к войне, но лично у меня это не вызывало никаких чувств, кроме фонового стыда за род человеческий. Мама держалась неплохо, она взялась наконец за пресловутый клавесин, и свободная спальня в лохгайрском доме превратилась в мастерскую. Джеймс переставал чураться общества, во всяком случае в предрождественские уикенды он несколько раз снимал наушники плеера ради разговора, пусть и скованного, с иными разумными особями. Льюис на жизнь не жаловался, у Верити беременность проходила возмутительно легко, разве что иногда побаливала поясница да мочевой пузырь стал чутко реагировать на журчание текущей воды. И я, к собственному удивлению, с нетерпением дожидался встречи с ними обоими. Когда Верити мне улыбалась, в душе моей подавала признаки жизни старая боль… но это была скорее фантомная боль, чем настоящая.
Я посмотрел на ручные часы. Через четыре часа надо будет ехать в аэропорт Глазго, за Эшли. Она взяла билет на поздний рейс; я вызвался ее привезти. В этот день она до половины пятого работала в Лондоне, и если бы на стареньком «2CV» поехала в Шотландию, то едва успела бы к бою новогодних колоколов.
Я озирал северные небеса: нет ли там какого движения. Хотелось поскорее сесть за руль, и плевать, что ехать придется в сумерках, а потом и во мраке.
Ветер окреп и сделался порывистым; я прихлебывал глинтвейн. Леса – вечнозеленые и листопадные – уходили к полям и дальше к городу, взбирались и на восточные холмы.
– Сегодня кто-нибудь новости слушал? – спросил Льюис.
– Да ничего особенного,– ответила Хелен. Наверное, ее проинформировала миссис Макспадден – в эти дни на кухне не умолкал телевизор.
– На «пустынном фронте» – без перемен,– пробормотал Льюис, снова поднимая бинокль и глядя на север, в сторону Килмартина.
– А ты уверен, что он прилетит? – спросила Верити.
– Угу,– пожал плечами Льюис.
– Сказал, что прилетит,– подтвердила Хелен. Верити затопала замерзшими ногами.
– Льюис,– сказала Хелен,– хотела спросить, ты насчет Залива шутишь?
Льюис недовольно хмыкнул, глядя в бинокль.
– Не-а. Есть парочка тупых ирлашек да несколько наших – но эти не в лоб шпарят, а маскируются… Ничего приличного. Возникла у меня идейка, пока обтачиваю: если бомбардировщик «Стелс» сейчас действует так же эффективно, как раньше действовал в Панаме, как «Бэ пятьдесят два» – во Вьетнаме, а морпехи такие же молодцы, какими себя показали в Ливане, то за Саддама беспокоиться не стоит. Но получается не очень смешно.– Он на миг опустил бинокль и вздохнул.– Совсем не смешно.
– Там сейчас одна девочка из нашей школы,– сказала Хелен.– Медсестрой.
– Правда? – снова затопала Верити.
– О! – сказал вдруг Льюис.
– Ты его видишь? – вцепилась в руку Льюиса Верити.
Он рассмеялся, посмотрел на нее.
– Нет,– И ухмыльнулся мне: – Тут одного резервиста недавно взяли на действительную, угадай кого?
Я пожал плечами:
– Сдаюсь. Льюис ответил:
– Джимми Террока. Он теперь санитар, с носилками бегает.
– Джимми…– Я не сразу понял, о ком речь. И тут вспомнил: – Могильщик?! – И рассмеялся.
– Да.—Льюис отвернулся, поднес бинокль к глазам.– Могильщик.
У меня вдруг холод пошел по жилам, улыбка слетела с лица.
– Да уж,– сказал я.– В армии всегда было с юмором туговато.
– Вы это о ком? – спросила Верити.
– Об одном чуваке. Помогал нам могилу для папы копать.
– А-а,– сказала она. И обняла Льюиса.
– Прентис, а ты пойдешь, если призовут? – не глядя на меня, спросила Хелен Эрвилл.
– Хрена! – твердо ответил я.– В какой стороне Канада?[104]
– Ага,– пробормотал Льюис– Жалко, что папа умер. Пристроил бы нас в национальную гвардию. Кстати, что у нас вместо национальной гвардии?
– Дорожная полиция? – предположил я. Льюис хохотнул.
– Ты правда не пойдешь? – повернулась ко мне Хелен, вопросительно подняв бровь.
– Если хорошо попросят, могу им кровь послать,– ответил я.– В канистре из-под бензина.
– А что, если телескопом попользоваться? – сказала вдруг Верити, кивая вправо, на белый купол.—
Вместо бинокля.– Она посмотрела на каждого из нас по очереди.
– Нет,– ответила Хелен.
– Слишком узкий сектор обзора,– ответил Льюис.
– И вверх тормашками.– добавил я.
Верити снова глянула на обсерваторию. Теперь на ее лице была улыбка.
– А помните ту ночь, когда мы в куполе встретились? – посмотрела она на Льюиса.– Еще детьми. И не виделись с тех пор…
Мой брат отдал бинокль Хелен, та держала его одной рукой, ремешок болтался. Льюис обнял жену:
– Конечно помню,– и поцеловал ее в нос; она уткнулась лицом в его пальто.
Я отвернулся. Скорей бы за руль – и в аэропорт. Может, с запасом в полчасика выехать, вдруг задержусь где-нибудь? Аэропорт еще не достроили – наверняка будет проблема с парковкой, сегодня многие прилетают-улетают. Решено: выеду пораньше, так будет спокойнее. Последнее время я ездил медленнее и осторожнее, чем раньше. Мама, правда, все равно волновалась, но зато я мог успокаивать ее с чистой совестью. Я вздохнул, пакет на груди снова прогнулся. Черт, ведь глупо же, надо прочитать. Ладно, вернусь домой, сяду за стол в кабинете – и тогда уж точно вскрою.
– Как там сейчас, Хел, в стране самых надежных банков?
– Как всегда – народ отрывается по полной программе,– ответила Хелен.
Они завели речь о Цюрихе и Лондоне, а я уселся позади них на скате крытой шифером крыши. Вынул из-за пазухи пакет и осторожно вскрыл. Верити оглянулась на меня, улыбнулась и тут же повернулась к Хелен и Льюису, они шутили, что-то насчет «Хард-рок-кафе». Одеревеневшими вмиг пальцами я переворачивал белые листы компьютерной распечатки. Что это? Какая-то тарабарщина. Может, материалы, которые дядя готовил для телевидения – помнится, хотел устроиться ведущим программы кинопутешествий. Ничего существенного, ничего разоблачающего.
Первый лист оказался письмом от любезного доктора Гонзо. Намудрив с терминами и аббревиатурами, он поведал о том, как расшифровал присланную мною двоичную кашу, превратив ее в то, что я держу в руках. Судя по манере письма, парень он был неплохой, но я уделил его стилистическим изыскам лишь малость внимания. И перешел к отпечатанным на лазерном принтере через один интервал дядиным текстам.
Они занимали страниц пятьдесят—шестьдесят. На первых двух десятках оказались узнаваемые фрагменты: статьи, стихи, безымянная пьеса – Рори, очевидно, решил ее раздербанить для концовки «Вороньей дороги». Потом шли три отрывка прозой.
Я оглянулся: Хелен и Верити по-прежнему беседовали, Льюис смотрел в бинокль на Галланах. Как только я возобновил чтение, во рту пересохло. Я пробежал взглядом каждый отрывок. Глаза полезли из орбит, руки затряслись. Голоса, холодный декабрьский воздух и не менее холодный шифер под задницей вдруг оказались в миллионе миль от меня.
– А знаешь, где были зачаты близняшки?
– Без понятия,– ответил он и рыгнул.
– На Маккейговых руинах, блин!
– Чего? В Обане?
– Именно.
– Ну, ни хрена ж себе!
– Ничего, что я так говорю? В смысле, так – о Фионе?
– Ничего, ничего, ~ замахал он рукой. – Твоя жена, говори что хочешь. Впрочем, нет, это плохо, так нельзя. Я за свободу для всех женщин.
– Ну, еще бы! Чего еще ждать от Рори Макхоуна! Он же у нас бацилла коммунистической чумы.
– Л ты, Ферг,– звериный оскал капитализма.
– Хватит на уши вешать большевистскую лапшу, ты, сволочь красная. И не смей меня называть Фергом.
Вот так начинался первый отрывок. Я его дочитал и обнаружил, что у меня отпала челюсть. Перевернул страницу и изумленно уставился в следующий текст:
– Хендрхс-с… мне он никда не нрлся. Выскчка тлстгубый… Да еще и пдрила…– слхала, что поет? «Прсти, а я цлую парня…» Выр-р-дык… Тшнит прсто…
– Фергюс, заткнись.
– «Прсти, а я цлую парня…» П-пидр чрнамазый.
– Лахи, ты уж извини, что тебе это терпеть приходится.
– Да ничо, миссис Эрвилл. А вы чо, ремнем не пользуетесь?
– Нет… В коротких поездках – нет.
– Лахи? Лахи… Лахи! Лахи, извни, что так плчи-лось. Ну, с глазм… Прда, мне очень жль… Нкда ся не прщу, нкда… Дай я тя обнму…
— Мать-перемать! – прошептал я, дочитав. Оказалось, что у меня совсем замерзли руки.
Я опустил взгляд на шифер, потом глянул на купол обсерватории, он поблескивал в лучах низкого зимнего солнца.
– Прентис, ты чего? – недоуменно смотрела на меня Верити с парапета.
Я попытался улыбнуться, кивнул.
– Все отлично,– судорожно сглотнул я и принялся читать третий, последний отрывок.
Фиона с пассажирского сиденья смотрела, как навстречу из тьмы выплывают красные дорожные знаки. Ее клонило вбок – Фергюс увел «астон» с магистрали на боковую дорогу…
И пробежал глазами до последнего слова:
«Осторож…»
И это – все. Я поднял голову. Она шла кругом.
– Ага! – произнесла поглядевшая в бинокль Хелен. Опустилась на колени, поставила на камень кружку, грациозно встала.
– Видишь его? – полуобернулась Верити в объятиях Льюиса, чтобы глянуть вниз с парапета.
– Вроде.– Хелен отдала бинокль Льюису.
– Да, наверное, он,– сказал Льюис. Пришла очередь Верити смотреть в бинокль.
Я несколько раз судорожно сглотнул, затем уложил бумаги обратно в конверт. Встал и двинулся к своим спутникам, как в трансе. Верити покачала головой.
– Не, я ни черта не вижу.– И отдала мне бинокль.—Что-то ты, Прентис, бледный. Чувствуешь-то нормально себя?
– Отлично,– прохрипел, не смотря на нее, и взял бинокль.– Спасибо.
* На сей раз я обнаружил искомую крапинку без посторонней помощи, и как только я это сделал, бинокль увеличил точку в силуэт легкого самолета, и летел он приблизительно в нашем направлении, чуть забирая на юго-запад, чтобы компенсировать действие ветра. Снижаясь к глену, он слегка покачался: встретил над Килмартином восходящий поток воздуха.
– Мамочка! – заорал Льюис– Это ж иракский «МИГ»! Пикирует, щас долбанет! Во-оздух! Ложись!
Я вернул Хелен бинокль. Не похоже, что ей весело. Глядя на меня, она хмурилась:
– Прентис, ты точно в порядке?
– В порядке,– ответил я.
– Одолжила бы папаше курточку,– сказал Льюис Хелен.
– Ему не впору,– ответила, держа бинокль у глаз, Хелен.
Я смотрел на пятнышко самолета: оно приближалось к нам в северном небе.
– Ты лежала в спальном мешке,– услышал я тихий голос Льюиса, адресованный Верити.
Он обнимал ее, стоя сзади и опустив подбородок на ее макушку. Должно быть, я не услышал, о чем они говорили секунду назад. У меня голова шла кругом – хорошо хоть зубцы высоки, не свалюсь в случае обморока.
– Я помню,– улыбнулась Верити.– Мы все курили, в карты резались и по очереди пялились на звезды,– Она наморщила лоб, вспоминая: – Там были Дайана, Хелен и… как того парня-то звали? – Она задрала голову и оглянулась на Льюиса,– То ли Уэйн, то ли…
– То ли Даррен.—Льюис принял у Хелен бинокль и, держа одной рукой, утвердил на голове Верити.– Смир-рно!
– Есть, сэр! – отозвалась она.
– Даррен Уотт,– сказал я.
Самолет уже приблизился, но, пролетев над грядой холмов, он скинул высоту, и уже не обрисовывался на фоне неба силуэт. Однако невооруженным глазом еще можно было увидеть. Даже блеснуло разок.
Верити кивнула. Льюис заворчал.
– Он, кажется, геем был? – спросила Верити.
– Угу,– ответил Льюис– И скульптором. И неплохим. Обида какая!
– И он умер,– вспомнила Верити.
– Гонял на мотоцикле, разбился,– уточнила Хелен, подбирая с парапетного камня кружку и допивая остывшее вино.
Самолет теперь летел над Галланахом. Я как будто даже слышал двигатель. Вспомнил, как однажды, много лет назад, стоял тут с мамой. Фергюс с папой стреляли по тарелочкам где-то справа от нас, на лугу. Помню, я слушал треск дробовиков и думал: такой же звук, как при падении плашмя доски на доску. Воспоминания, воспоминания…
Верити рассмеялась, снова заставив Льюиса заворчать.
– Ты сегодня вечером по радио будешь говорить,– сказала она.– Не забыл?
– Помню конечно.
– А почему я была в спальном мешке? – Морща лоб, Верити рассматривала приближающийся самолет.
– Ты лежала в чулане.– Хелен с улыбкой рассекла рукой прохладный воздух – ее кисть указала в сторону Галланаха.
Я снова посмотрел на самолет, мигавший бортовыми огнями.
– А-а, точно,– сказала Верити.– Была там какая-то конурка.
– И сейчас есть,– кивнула Хелен, а Льюис тоже махнул рукой, по-прежнему глядя в бинокль, но уже приподняв его над головой Верити.– Это, между прочим, настоящий потайной ход.
– Потайной ход? – оглянулась на Хелен Верити.
– Ага. Мы с Дайаной сняли стенку и весь чердак облазали.
– Что-нибудь интересное нашли? – спросил Льюис.
Самолет спускался по пологой дуге, сворачивая в нашу сторону. Он был уже в нескольких сотнях метров.
– Стропила, балки, больше ничего,– пожала плечами Хелен.– И лючок над папиной и маминой комнатой.– Она улыбнулась: – Когда подросли и сексом заинтересовались, все хотели как-нибудь ночью туда залезть – а вдруг подсмотреть удастся. Но побоялись. И к тому же папа люк всегда на запоре держал.– Хелен рассмеялась.– Правда, по вечерам мы себе представляли картинки всякие перед сном, хихикали.
Над нашими головами, качая крыльями, проревела маленькая белая «Сессна». Льюис, Верити и Хелен замахали руками. Я пригляделся: крошечный летчик в кабине махал в ответ. Самолет накренился, описал круг над холмом, где стоял замок, и вернулся; на сей раз он летел еще ниже, двигатель звучал громче, по лесу разбегалось эхо.
Я тоже помахал.
«Мать-перемать твою так, растак и разэтак!» – подумал я. Если честно, даже круче подумал.
Самолет снова качнул крыльями, потом выровнял курс над холмом Дунадд. Фергюс направил «Сессну» – рождественский подарок самому себе – обратно на север, к своему коннельскому особняку.
– Все, что ли? – спросила Верити.
– Угу,– ответила Хелен.
– А чего ты ждала? – спросил Льюис– Авиакатастрофы?
– Остряк! – Верити направилась к двери, ведущей на лестницу: – Пошли греться.
Воспоминания, воспоминания. «Амман Хилтон». «Осторож…» «Используй это!» Целую небо, идиот.
– Прентис? – спросил Льюис из узкого дверного проема, и я оглянулся.– Прентис? – повторил он.– Очнись.
Я спохватился, что уже долго стою и гляжу вслед самолету.
– А, да.– И на непослушных ногах спустился вслед за остальными с продуваемого ветрами парапета в теплые недра огромного каменного здания.
* * *
– Значит, телики вовсе и не барахлили,– проговорил я, все еще ломая голову над дядиной загадкой.
– Точно,– подтвердил Рори.– Одна видимость – и то лишь для меня.– Он выдернул длинную травинку, росшую у подножия стоячего камня, и воткнул в зубы ее желтоватый стебелек.
Я последовал примеру.
– Значит, это не по-настоящему? Только у вас в голове?
– Ну…– нахмурился Рори, чуть отворачиваясь от меня и опираясь на серый камень.
Он сложил руки на груди и устремил взор на крутобокий холм – Дунадд. Я стоял рядом с дядей, смотрел на него. Глаза у него казались постаревшими.
– То, что у тебя в голове происходит, может быть настоящим,– не глядя на меня, произнес он.– А если и не настоящее, все же иногда…– Дядя наконец посмотрел на меня, и его лицо было озабоченным.– Однажды кое-кто мне кое-что рассказал,– произнес он.– И при этом ему было по-настоящему больно. Он кое-что увидел и почувствовал себя преданным. Очень близкий человек причинил ему боль, и мне было жалко, по-настоящему жалко, и вряд ли его рана с тех пор успела зажить… Но иногда я думаю, что он спал перед тем, как это случилось, и после тоже уснул. Так, может, ему все только приснилось?
– А почему вы об этом ему не скажете? Рори долго смотрел на меня, взгляд пронизывал, и мне было неловко. Рори выплюнул травинку:
– Может, и надо бы.– Он кивнул, глядя вдаль, за поля.– Может быть. Не знаю.– И пожал плечами.

ona-aj-memleketten-15-sel-mektep-bashasi-didaktikali-ojindar-rastiran-abilgazinova-g-z.html
ona-funkcioniruet-po-zakonomernostyam-globalnoj-kapitalisticheskoj-sistemi-krizis-bez-konca-ili-novaya-faza-kapitalizma.html
ona-pomogaet-vam-otobrat-podhodyashih-sotrudnikov.html
ona-yavlyaetsya-obrazcom-voodushevleniya-tvorchestvom-zhizni-i-ustremlennostyu-k-obshej-celi-kotoraya-kak-mozaika-slozhena-iz-celej-kazhdogo.html
once-again-about-differential-psychophysiology-metodologicheskie-i-teoreticheskie-problemi.html
onegger-a-0-584-omuzikalnom-iskusstve-per-s-frkomment-v-n-aleksandrovoj-v-i-bikova-stranica-18.html
  • exchangerate.bystrickaya.ru/bondarenko-ov-mns-tezisi-dokladov.html
  • kanikulyi.bystrickaya.ru/zachetnaya-prakticheskaya-rabota-3-poyasnitelnaya-zapiska-kalendarno-tematicheskij-plan.html
  • znaniya.bystrickaya.ru/publikuetsya-po-knige-kojchuev-t-k-izbrannie-sochineniya-v-3-h-tomah-dopolnitelnij-tom-politika-ekonomika-mirosvyazi-kirgizstana-b-ces-pri-pkr-oo-ekonomisti-za-reformu-2007-224-s-stranica-5.html
  • literature.bystrickaya.ru/celevie-indikatori-i-pokazateli-koncepciya-federalnoj-celevoj-programmi-modernizaciya-edinoj-sistemi-organizacii.html
  • student.bystrickaya.ru/2-razdelenie-resheniya-ob-investiciyah-i-resheniya-o-potreblenii-opornij-konspekt-lekcij-po-makroekonomike-avtor-fridman-a-a.html
  • exchangerate.bystrickaya.ru/istoriya-otkritiya-elementarnih-chastic-chast-2.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/raspisanie-konferencii.html
  • diploma.bystrickaya.ru/zolotoe-kolco-rosii-yaroslavl-chast-8.html
  • literature.bystrickaya.ru/dobro-pozhalovat-v-vestminsterskij-dvorec.html
  • literature.bystrickaya.ru/drugoe-nebo-lozhnie-stereotipi-rossijskoj-demokratii-analiz-chechens-stranica-10.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/raskritie-soderzhaniya-operacij-po-krupnejshim-summam-i-kratkie-svedeniya-o-licah-vhodyashih-v-sostav-organov-upravleniya-emitenta.html
  • composition.bystrickaya.ru/plan-strategicheskogo-razvitiya-ippst-2010-2014-gg-stranica-3.html
  • portfolio.bystrickaya.ru/optimizaciya-orgstrukturi-i-chislennosti-personala-banka-na-osnove-rascheta-trudoemkosti-biznes-processov.html
  • vospitanie.bystrickaya.ru/zadanie-2-0-uchebnom-semestre-vipolnyayut-kontrolnuyu-rabotu-po-kursu-ekonomicheskaya-i-socialnaya-geografiya-rossii.html
  • shkola.bystrickaya.ru/proektirovanie-innovacionnoj-deyatelnosti-publichnij-doklad-municipalnogo-obsheobrazovatelnogo-uchrezhdeniya-licej-21.html
  • lecture.bystrickaya.ru/arhitekturnij-stil-modern-chast-4.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/rabochaya-programma-disciplini-stroitelnie-materiali.html
  • zadachi.bystrickaya.ru/otdelnie-bolevie-sindromi.html
  • obrazovanie.bystrickaya.ru/programma-po-discipline-organizaciya-i-provedeniesociologicheskih-issledovanij-nazvanie-disciplini-dlya-specialnosti-020300-sociologiya-fakulteta-fsf-formi-obucheniya-ochnoj.html
  • ucheba.bystrickaya.ru/programma-dlya-studentov-3-kursa-specialnosti-061000-gosudarstvennoe-i-municipalnoe-upravlenie-060600-mirovaya-ekonomika-mezhdunarodnoe-pravo.html
  • teacher.bystrickaya.ru/glava-5-psihologiya-mezhgruppovih-uchebnoe-posobie-dlya-vuzov-pod-redakciej-a-l-zhuravleva-moskva-2002.html
  • notebook.bystrickaya.ru/istochniki-kodeks-professionalnoj-etiki-rossijskogo-bibliotekarya-pyat-let-formirovaniya-novogo-professionalnogo.html
  • kolledzh.bystrickaya.ru/analiz-izbiratelnih-cepej-v-chastotnoj-i-vremennoj-oblastyah.html
  • literatura.bystrickaya.ru/rekomendacii-po-soderzhaniyu-i-oformleniyu-referata-dlya-ekspertov-po-sertifikacii-moskva-2005g.html
  • learn.bystrickaya.ru/glava-2-krasnaya-futbolka-sbornoj-mihail-iosifovich-yakushin.html
  • shpora.bystrickaya.ru/www-zarubezhka-totl-narod-ru.html
  • exchangerate.bystrickaya.ru/asimetrya-ekonomchnih-vdnosin-kran-chlenv-nafta.html
  • prepodavatel.bystrickaya.ru/uchebnaya-programma-disciplini-disciplina-teoreticheskaya-grammatika-anglijskogo-yazika-ukrupnennaya-gruppa-030000-gumanitarnie-nauki.html
  • paragraf.bystrickaya.ru/znanie-sila-f-bekon.html
  • school.bystrickaya.ru/demograficheskie-geograficheskie-i-psihograficheskie-dannie-v-prodvizhenii-produkcii.html
  • shpargalka.bystrickaya.ru/uralskaya-akademiya-gosudarstvennoj-sluzhbi-kafedra-inostrannih-yazikov.html
  • kolledzh.bystrickaya.ru/4-politicheskie-partii-izbiratelnie-obedineniya-rossijskij-centr-obucheniya-izbiratelnim-tehnologiyam-pri-centralnoj.html
  • bystrickaya.ru/viktor-vladimirovich-hlebnikov.html
  • vospitanie.bystrickaya.ru/zakritie-voprosi-v-b-bobrova-obshaya-redakciya-i-vstupitelnaya-statya.html
  • doklad.bystrickaya.ru/uchebnoe-posobie-izdatelstvo-voronezhskogo-gosudarstvennogo-universiteta-2008.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.